Психолог в Самаре
Онлайн консультации
Ул. Скляренко, 46
8(846) 205-51-51

Люди, пути, дороги

Фото: Марина Абдулаева

Личности — личины, то как я привычно вижу себя и представляюсь другим. Иногда говорят «по жизни такой», подразумевая прохождение жизненного пути в каком-то устойчивом состоянии. Следуя дорогой жизни, мы становимся этой дорогой. Мой жизненный путь — это и есть Я. Не мои особенности, черты характера, предпочтения и ценности, не внешность, не нажитое, а мой путь это Я - «каждый выбирает по себе женщину, религию, дорогу» (Ю. Левитанский). 

Извечный вопрос кто кого выбирает, человек свой путь или дорога выбирает человека. Ясно лишь, что каковы пути-дороги, таковы и люди.

Некоторые становятся похожи на дороги с ледяными колдобинами — жесткие, напряженные, скользкие. И другим с таким человеком опасно и самому не радостно. Радоваться значит быть беспечным, расслабленным. Но на таком пути не расслабишься, нужно перепрыгивать, балансировать, напрягаться.

Другие как заснеженный глубокий путь с опасностью провалиться, увязнуть и выбиться из сил. Лишь сильные духом «большую дорогу торят», а если удается становятся учителями. Прокладывая дороги, дополняя карту мира они расширяют горизонты и обретают славу первопроходца. За ними тянуться другие.

Кто-то идет следом так как своего пути нет, а чужой перед глазами. Они не то, что непутевые, может по-своему и счастливчики, но без своей дороги, идущие куда пошлют, заманят, покажут, потянут. В конце этой дороги человека ожидает личная бедность, даже при наличии богатств такие люди вторичны. Это судьба подражателей, репликантов и эпигонов.

Другие идут за учителем, чтобы окрепнуть, научиться ступать, превзойти, обогнать предшественника, превратить его следы в проезжую дорогу и продолжить маршрут. Так дети ступают за отцом, становясь сильнее, когда он стареет.

Перекрестки, переправы, перевалы, попутчики в дороге, верные спутники, потеря друзей в пути - это отдельная большая тема, связанная с испытаниями в пути и поддержкой.

«Не ищи легких путей», они обычно под горку, по такой дороге широко шагать, но легко споткнуться и покатиться. Но в каком-то смысле любой путь легкий если задан другими. Такие дороги привлекательны понятной шаблонностью и желанны, но лишь нехоженные и тернистые дороги приводят к себе, а «кто прямо ездит, дома не ночует».

Тяжелые дороги жизни воспеты в песнях — пыль, туман, тревоги, степной бурьян. Похожие друг на друга жизни людей, ввергнутых в пучины войн и социальных катаклизмов. Амбициозные правители сдергивают людей с их дороги жизни, отправляют в походы и марши, перемалывают чужие жизни, судьбы, характеры.

Кто-то не идет, а пашет, привязанный к тяжелому плугу. Иначе не выжить, углубляется в почву, прижимается к земле, пачкается. И некоторым хватает ума лишь на то, чтобы назвать их приземленность «деревней неасфальтированной», но это от малоумия. Жизнь таких людей не выглядит веселой, но в каком-то роде это путь к истинной святости. Как писал Леонид Андреев в «Розе Мира», таких никому не известных святых миллионы.

В общей своей массе мы выбираем асфальтированные скоростные автострады с общими пробками и общими прогонами, соединяющими дом, учебу, работу, магазин. Незначительные отличия в цвете, марке и мощности автомобиля — в особенностях организации психики. Похоже на тюрьму с охранником в виде самого себя же, но все ж лучше, чем путешествие в столыпинском вагоне по маршруту Воркута — Ленинград.

Есть взрытые жизни — дороги, по которым движутся люди — быки, у которых не то, что стоять на пути, но и пересекать их дорогу нельзя. Заметят, увяжутся, втопчут. Такие дороги с пробойнами от копыт и покалеченными на обочине ни с чем не спутаешь

Жизни мажоров, гедонистов, вечно молодых юношей и девушек похожи на кокаиновые дорожки — тонкие, заманивающие вечным кайфом и весельем. Исчезающие, когда кончилась дурь. Эти дорожки не жизнь, а взлетная полоса для отрыва от реальности. И у каждого из нас есть свои такие кокаиновые дорожки фантазий о величии, славе, благополучной и легкой жизни.

У некоторых людей жизненная дорога может свернуть в топь, что не означает погибель как у Лизы Бричкиной в «А зори здесь тихие». Это жизнь созависимого, застревание в болоте на много лет, где дни похожи один на другой. Разве что с каждый днем и каждым движением погружаешься только глубже, под ногами трясина, нет оснований для жизни, ноги не ходят, цепляешься за другого, но и он тоже тонет. Единственное, что спасет это движение как инвалида по пластунски, опора на руки, грудь, живот и только потом коленки.

Так передвигаются маленькие дети, но у них еще нет своей дороги. Они не ходят, сначала просто лежат, копят силы, потом ползают, а потом догоняют или убегают. Взрослеющий ребенок бегает, ищет. То по кромке воды, то по травке, не оставляя следов. Дорога лишь предполагается, намечена пунктиром и в любой период может повернуть куда-то от родительской разметки.

Старики завершают свои дороги неспешно шаркая, врастая в дорогу, чтобы окончательно превратиться в жизненный путь с точной отправления и точкой назначения.

"Дорогой на рынок и обратно" называл жизнь Булат Окуджава. Обратно это домой. Путь домой, в свой мир, путь к себе к окончательному и к завершению жизненного путешествия.

Порой люди с гордостью говорят, что они состоялись и окончательно определились, но это означает лишь досрочное окончание пути. Их жизненная история завершена и они кончились как личности - «есть люди типа жив и люди типа помер» (Б. Гребенщиков).

Чтобы оставаться живым нужна не ностальгическая дорога к себе, домой, к потерянному Раю, а к Другому - «все дороги ведут к людям» (Экзюпери). Если по-человечески, то так. Дорога с рынка, от людей, к себе — это движение к смерти, изоляции и депрессии при жизни.

Усложняя образ Окуджавы путь можно представить свой путь не как дорогу туда и обратно, а как лабиринт. По окончании жизни желательно найти выход из него и продолжить дорогу.


© Сергей Дрёмов (11.08.2017 г.)